Вернуться   Форум команды Magic Team > Таверна > Творческий уголок

Важная информация

Творческий уголок Здесь выкладываем свое творчество - стихи, рассказы, зарисовки, смонтированное видео и прочее

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 21.05.2013, 21:20   #21
Legacy Team
Пользователь
 
Аватар для Vicont45
 
Регистрация: 05.03.2013
Адрес: Зауралье
Сообщений: 58
Сказал(а) спасибо: 64
Поблагодарили 71 раз(а) в 31 сообщениях
Отправить сообщение для Vicont45 с помощью ICQ
По умолчанию Re: Новые рассказы Дикаря

Цитата:
Сообщение от kazus23 Посмотреть сообщение
Я больше люблю слушать ушами, чем читать что либо, так лучше усваивается материал.
Как раз наоборот. При чтении текста, читатель действует в своем темпе: замедляясь на особо деликатных местах, ускоряясь на лирических отступлениях, перечитывая несколько раз замысловатые или наиболее яркие обороты, и делая паузы, чтобы воспроизвести в сознании зрительные образы.
При прослушивании аудиокниги, читатель вынужден подстраиваться под темп диктора, который как правило довольно быстрый. Если при этом задуматься над пару секунд отвлечься, задуматься над смыслом или представить какой-нибудь образ, то запросто можно потерять нить рассказа. Конечно непонятный/пропущенный эпизод можно перемотать, но это такой геморрой, который убьет все нервные клетки, а они, как известно не восстанавливаются.

Конечно сам я тоже не гнушаюсь прослушиванием аудиокниг (особенно когда устанут глаза после работы за кампутером), но предпочитаю слушать в основном фантастические произведения, в которых не особо замысловатый динамический сюжет.
Серьезные же классические произведения с высокой смысловой нагрузкой, я читаю только в текстовом формате, как раз для лучшего усвоения.

Последний раз редактировалось Vicont45; 21.05.2013 в 21:23.
Vicont45 вне форума   Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Hell9999 (22.05.2013), master gothici (07.03.2014), Tolgetmen (22.05.2013), Дикарь (22.05.2013)
Старый 09.08.2013, 12:44   #22
Готоман
Ученик
 
Аватар для mogvay
 
Регистрация: 30.04.2013
Адрес: Россия
Сообщений: 193
Сказал(а) спасибо: 166
Поблагодарили 162 раз(а) в 82 сообщениях
По умолчанию Re: Новые рассказы Дикаря

Дикарь, потихоньку читаю твои рассказы.
Книгу собираешься выпускать? Отлично ведь пишешь.
mogvay вне форума   Ответить с цитированием
Старый 09.08.2013, 14:37   #23
Доисторический летописец
Магистр форума
 
Аватар для Дикарь
 
Регистрация: 22.06.2007
Сообщений: 2,273
Сказал(а) спасибо: 404
Поблагодарили 820 раз(а) в 300 сообщениях
По умолчанию Re: Новые рассказы Дикаря

Цитата:
Сообщение от mogvay Посмотреть сообщение
Дикарь, потихоньку читаю твои рассказы.
Книгу собираешься выпускать? Отлично ведь пишешь.
Были кое-какие предложения на этот счёт, но пока не слишком конкретные.
__________________
Мои рассказы.
Дикарь вне форума   Ответить с цитированием
Старый 09.08.2013, 14:52   #24
Готоман
Ученик
 
Аватар для mogvay
 
Регистрация: 30.04.2013
Адрес: Россия
Сообщений: 193
Сказал(а) спасибо: 166
Поблагодарили 162 раз(а) в 82 сообщениях
По умолчанию Re: Новые рассказы Дикаря

Цитата:
Сообщение от Дикарь Посмотреть сообщение
Были кое-какие предложения на этот счёт, но пока не слишком конкретные.
А самостоятельно? Наверное слишком много денег надо вбухать?

Жаль журнал "Если" накрылся - тебе бы туда написать.

Последний раз редактировалось mogvay; 09.08.2013 в 14:55.
mogvay вне форума   Ответить с цитированием
Старый 07.03.2014, 09:55   #25
Доисторический летописец
Магистр форума
 
Аватар для Дикарь
 
Регистрация: 22.06.2007
Сообщений: 2,273
Сказал(а) спасибо: 404
Поблагодарили 820 раз(а) в 300 сообщениях
Сообщение Re: Новые рассказы Дикаря

Рассказ "Во мгле прошлого"
Spoiler:
Холодные щупальца тумана неслышно тянулись из-под крон гигантских деревьев, чьи корни уходили в бездонную глубину болота. Словно вражеский лазутчик, туман крался под прикрытием широких листьев папоротника, мокрым языком пробовал на вкус подушки лишайников, которыми обросли тёмные камни древних руин. Крадучись вползал на оплывшие террасы, увенчанные развалинами некогда величественного храма. И вот уже серые прозрачные ладони сначала робко, а потом всё более решительно ощупывают крутые ступени святилища, грозя поглотить его, окутать сырой мглой до верхушек не сломленных временем колонн, а потом разлиться вокруг и затопить всю долину до самых склонов гор, что обступили её со всех сторон.
Но вдруг с востока, прорвавшись сквозь узкую щель между скалами, ударило золотое копьё. Луч восходящего солнца вонзился в стену храма, и остатки росписи на пятнах штукатурки, ещё покрывавшей кое-где старые камни, заиграли сочными, первозданными красками. Туман испуганно отдёрнул щупальца и стал торопливо отползать от разрушенного святилища обратно в болото, распадаясь на рваные клочья и оставляя после себя блестящие капли росы на траве и листьях деревьев.
Покрытое глубокими морщинами лицо водного мага Сатураса осветила затаённая улыбка. Он любил наблюдать за рассветом над Яркендарской долиной и старался каждое утро пораньше выбраться из нагретой постели, чтобы не пропустить этот краткий миг. Ему нравилось видеть, как сумрак Белиара на время уступает власть свету Инноса. Уступает, чтобы в свой черёд вернуться назад, подчиняясь установленным Аданосом законам великого равновесия, по которым живёт мир.
Старый маг поёжился. Утренняя прохлада пробирала даже сквозь толстую мантию. Ещё раз окинув взглядом руины храма Аданоса, возведённого в незапамятные времена таинственными зодчими, Сатурас вернулся в небольшую, хорошо сохранившуюся каменную постройку, которая служила водным магам временным жилищем. Ученики Сатураса и братья по вере уже проснулись. Нефариус возился возле жаровни, раздувая подёрнутые пеплом угли. Кронос раскладывал свёртки со снедью. Миксир возносил молитву Аданосу, а Риордиан ещё сонно потягивался, сидя на самодельной койке.
— Да не покинет ваши души равновесие, братья! — приветствовал их Сатурас.
— Ты вовремя, учитель, — отозвался Кронос. — Мы тут как раз завтрак сообразили. Сейчас только Нефариус подогреет вино...
Кронос, встревоженный раздавшимся снаружи негромким звуком, резко умолк. Все шестеро обернулись к двери, готовые, если потребуется, обрушить на незваных гостей град смертоносных заклинаний. Но это оказался всего лишь Ланс — воин Кольца Воды, исполнявший при магах обязанности разведчика и посыльного. С улыбкой оглядев служителей Аданоса, он скинул с плеча на каменные плиты пола увесистый мешок из зелёной вараньей кожи. В мешке что-то глухо брякнуло.
— Да пребудет с тобой Аданос, сын мой! — обратился к нему Сатурас. — Не желаешь ли разделить с нами трапезу?
— Спасибо, наставник, — отвечал тот. — Я на самом деле зверски проголодался, не спал двое суток и отсырел до мозга костей в этих проклятых топях. К счастью, бандиты вроде притихли. Почти не выползают со своих болот.
Кронос и Нефариус разом усмехнулись и обменялись понимающими взглядами.
— Ну так садись к столу, — пригласил его Риордиан.
Маги и Ланс тесно умостились за наскоро накрытым столом. Руки их разом потянулись к еде, как только Сатурас подвинул к себе кубок с вином, подав тем самым сигнал к началу завтрака.
— Что ты там притащил, Ланс? — кивнул Миксир на брошенный у дверей мешок.
— Всякий старинный хлам. Нашёл в развалинах, — невнятно ответил разведчик, который как раз расправлялся с сыром и хлебом. — Подумал, что вам пригодится. А нет, так продам кузнецам, когда вернусь в Хоринис.
Закончив трапезу, маги сгрудились у мешка Ланса. Сам он, проворчав что-то невнятное, с облегчённым вздохом улёгся на одну из освободившихся коек и немедленно провалился в сон.
— Ого, тяжеленный! — удивился Кронос, вытащив из мешка угловатый предмет из позеленевшей от времени бронзы. — И дырка посередине. Что это за штука?
— Молот. Бронзовый молот, — сразу же определил Риордиан, взяв находку в руки. — Да на нём руны какие-то! Миксир, что здесь нацарапано?
Риардиан передал молот Миксиру. Тот протёр выбитую на древнем орудии короткую надпись рукавом мантии и прочёл:
— Кеоф.
— Что это значит? — вопросительно поднял седые брови Сатурас.
— Это имя. Судя по краткости, оно принадлежало воину или простолюдину. Насколько я успел понять, представители каст жрецов, учёных, целителей и стражей мёртвых или хранителей духов, как ещё можно перевести это слово, обычно именовались более вычурно. Впрочем, имена воинов тоже порой были довольно длинными...
— Что-то не похожа эта штука на боевой молот, — засомневался Нефариус.
— Значит, это рабочее орудие. А имя «Кеоф» носил какой-нибудь кузнец или плотник, — заключил Миксир.
— Вполне вероятно, — проговорил Сатурас. — Что там ещё?
Кронос извлёк из мешка массивную вещь полусферической формы, сплошь покрытую зелёным налётом.
— Посудина какая-то...
— Нет, это шлем, — покачал головой Нефариус. — Видишь, вот назатыльник. А спереди небольшой козырёк. И петли для ремешка по бокам.
— А сверху что это за кольцо с дырками?
— Откуда я знаю?
— Полагаю, в этих отверстиях крепился плюмаж из перьев, — предположил Сатурас. — Мы видели похожие шлемы на стенных росписях. Правда, там они, кажется, из дерева или кожи, а этот медный.
— Вмятина на затылке какая! — повертев шлем в руках, воскликнул Кронос. — Видать, парню, который его носил, крепко досталось.
— Вмятина могла появиться и позднее, — возразил Миксир, взяв старинную вещь и поскоблив ногтем зелёный налёт.
— Погодите-ка, тут ещё какая-то вещица, — сказал Кронос и запустил руку в мешок. — Хм... Непонятное что-то. И, кажется, здесь ещё остались следы магии.
— А это, друзья мои, не что иное, как амулет стража мёртвых! — торжественно возвестил Сатурас, забирая из рук Кроноса большую бляху из потемневшего серебра с рельефным узором по краям и угольно-чёрным полированным камнем посередине. — Просто чудо, что такая редкая вещь попала нам в руки.
— Удивительно! — поразился Мердарион.
— Вот бы узнать историю этих вещей и их прежних хозяев, — мечтательно проговорил Миксир.
Риордиан скептически покачал головой, а Сатурас вдруг поднял взгляд к потолку и нахмурил брови, будто вспоминая нечто важное.
— А что, — раздумчиво проговорил старый маг, — может быть, нам это и удастся.
— Но разве такое возможно, учитель? — удивлённо переглянувшись с Кроносом, спросил Риордиан.
— Вообще-то да, возможно, — подтвердил Сатурас. — При удачном сочетании определённых условий. Все три предмета из металла, так что должно получиться...
— Кажется, я читал о чём-то подобном, — подал голос Нефариус. — Но помню довольно смутно. Вроде бы там какое-то сложное заклинание и зелье из нескольких десятков ингредиентов, которое нужно выпить перед обрядом. И ещё понадобится сосуд с водой. Да, точно! Большая чаша или что-то наподобие.
— Вполне сгодится и обычное деревянное ведро, — улыбнулся Сатурас. — Рецепт и заклинание я помню наизусть. Но ингредиенты для зелья достать будет нелегко. Придётся потрудиться. Однако полагаю, мы сможем найти всё необходимое. Сейчас я составлю список — и за работу. Думаю, начать стоит с амулета. Это самая любопытная из найденных Лансом вещей.

***

— Что это вы затеяли, отцы? — удивлённо протирая глаза, спросил заспанный Ланс.
Удивляться было от чего. Перед временным жилищем магов горели костры, казавшиеся особенно яркими в удлинившихся тенях ближних скал. Между ними стоял наполненный водой бочонок. Рядом на широких светло-зелёных листьях местного растения были разложены найденные Лансом предметы. Над одним из костров булькал котёл, варево в котором помешивал длинной деревянной ложкой сам Сатурас. Остальные маги сгрудились вокруг него.
— А, Ланс! — весело приветствовал разведчика Сатурас. — Мы решили заглянуть в прошлое. Узнать кое-что о людях, которым принадлежали найденные тобой предметы. Если хочешь, присоединяйся. Зелье как раз сварилось, сейчас немного остынет и можно начинать обряд.
— Что за зелье? — с подозрением потянул носом Ланс.
— Вполне безопасное. Помогает сосредоточиться, вводит в лёгкий транс... — поспешил успокоить его Нефариус.
— В транс? А если эти головорезы с болот нагрянут? — проворчал разведчик.
— О них пока можешь не беспокоиться, — ухмыльнулся Кронос. — Мы с Нефариусом встретили парочку разбойничьих дозорных на краю болота, когда собирали травы и добывали железы болотных вонючек. Ты бы видел, как эти бездельники удирали, когда оттаяли! Ещё шустрее, чем в прошлый раз...
— Кто удирали? Вонючки? — удивился не проснувшийся толком Ланс.
Маги негромко рассмеялись.
— Бандиты, — развеял его недоумение Нефариус. — Я пустил ледяную волну, их задело самым краем. Так что теперь наши беспокойные соседи дня три из своего лагеря носа не высунут.
— Ну, раз так, то я тоже в деле. Любопытно же, чьё барахлишко мне подвернулось.
Тем временем Сатурас принялся разливать зелье и все выпили по полному кубку. Потом окружили бочонок с водой, в который Миксир торжественно погрузил амулет стража мёртвых.
— Готовы? — строго спросил Сатурас, оглядев соратников, и принялся читать длинное заклинание, состоявшее из одних многосложных и труднопроизносимых слов. Над древними руинами будто пронёсся порыв ветра, сметая пыль времён, воскрешая давно отзвучавшие слова и угасшие сотни, а то и тысячи лет назад мысли.
Маги и Ланс, едва не стукаясь головами, сгрудились вокруг бочонка. Сатурас, закончивший читать заклинание, с трудом протиснулся меж своих учеников и соратников. Семь пар глаз пристально уставились на изображение, всплывавшее из наполнявшей сосуд воды. Взгляды людей стали отсутствующими. Они увидели...

***

...Просторное помещение, украшенное рядами толстых резных колонн. На каменных стенах — красочные росписи, изображающие странно одетых людей и неведомых чудовищ. В мерцающих лучах многочисленных светильников они будто пляшут с тенями, извиваясь и раскачиваясь. Дым трав, сжигаемых на раскалённых углях в плоской каменной курительнице, пахнет незнакомо и резко, но по-своему приятно. В середине зала заполненное водой углубление, похожее на небольшой бассейн. Лучи светильников не проникают в его глубину, отчего она кажется бездонной и таинственной.
В помещении двое. Один из них — высокий худой старик в ниспадающих до самого пола одеждах. Глубокие морщины на его лице подчёркнуты резкими нервными отблесками светильников. Седы ли его волосы, не видно. Голову скрывает огромный пышный убор из ярко окрашенных птичьих перьев. Бесчисленные амулеты свисают с шеи, пояса и рук старика.
Второй из присутствующих — молодой человек. Череп его гладко выбрит. Из одежды — только не достающая до колен набедренная повязка, ожерелье на шее и браслеты на руках. Юноша склоняется перед стариком.
— У нас всё готово, великий Ирлаксебра, — почтительно произносит он.
— Внесите тело, — приказывает старик. Его голос сух и властен.
— Как прикажете, — ещё ниже склоняется юноша и, пятясь, выходит вон.
Старик подходит к краю бассейна и точно так же, как только что молодой человек перед ним, склоняется перед статуей, установленной по другую сторону водоёма. Статуя изготовлена из жёлтого камня, отполированного так, что его можно принять за золото. У неё плоское тело, угловатые конечности и суровые черты лица. Каменное тело покрыто искусной резьбой, изображающей одежду и украшения. Голова кажется непропорционально большой из-за отходящих от причудливого убора лучей-перьев.
— О, великий Аданос, повелитель вод, хранитель равновесия и даритель жизни! Помоги мне исполнить мой долг, поддержи мой глас и укрепи дух мой! — провозглашает старик. С первых звуков голоса становится понятно — тот, кого зовут Ирлаксебра, ничуть не сомневается, что божество откликнется на его молитву.
Произнеся ещё несколько ритуальных фраз, старик вновь склоняет перед статуей свои разноцветные перья и величественно оборачивается к двери, через которую четверо юношей, очень похожих на первого отсутствием волос, почтительностью и одеждой, вносят нечто, завёрнутое в грубую тёмную ткань. Чинно движутся к бассейну, опускают свою ношу на его край и снимают с неё покров. Становится видно, что это рослый молодой мужчина. Тело его чрезвычайно мускулистое, с многочисленными узорами и несколькими шрамами, украшающими смуглую кожу. Короткие чёрные волосы слиплись от запёкшейся крови. Щека перечёркнута следами чьих-то когтей... или ногтей. Глаза закрыты.
Молодые люди готовятся торжественно погрузить тело в бассейн, как вдруг у входа начинается какая-то возня, звучат резкие голоса и в помещение спиной вперёд влетает давешний бритый юноша. Слегка оглушённый, он растягивается на полу. Вслед за ним вступает крупный мужчина в простой, но добротной одежде с широкими медными браслетами на запястьях и тяжёлым, причудливо изогнутым катэром у пояса. Волосы его наполовину седы, лицо густо украшено татуировками, изборождено морщинами и старыми рубцами, но чертами заметно напоминает лежащего у бассейна человека. Вернее, пустую уже оболочку человека. Мёртвую.
— Я должен быть здесь! Мне нужно знать, кто убил моего сына, — заявляет вошедший, нисколько не конфузясь под тяжёлым взглядом Ирлаксебры.
— Почтенный Варкар, ваше присутствие в Доме стражей мёртвых может нарушить ход обряда и всё испортить, — строго произносит старик в уборе из перьев. — Малейшая несдержанность — и всё сорвётся.
— Несдержанность?! — рычит незваный пришелец. — Вы меня, одного из наиболее уважаемых сынов касты воинов обвиняете в несдержанности? Полагаете, я раскисну, как слабая женщина?
— Вы, безусловно, не женщина. Ваш род — истинная гордость касты, на чьих плечах лежит защита Яркендара и расширение наших владений. Но несдержанность вы проявили уже сейчас, ворвавшись сюда.
— Этот щенок пытался меня остановить! — пыхтит Варкар.
— Он столь же достойный представитель касты стражей мёртвых, сколь вы и ваш... сын — украшение касты воинов, — выговаривает Ирлаксебра, строго глядя на юношу, который уже поднялся с пола и ждёт распоряжений наставника.
— Прошу меня простить, — с заметным усилием смирив гнев, склоняет голову старый воин. — Но вы должны и понять меня. Латокр был моим единственным сыном, моей гордостью. Несмотря на молодость, он успел отличиться в двух войнах. Выжил и победил там, где лишались жизни куда более опытные бойцы. И теперь здесь, в родном Яркендаре, вот так нелепо... — Голос старого воина уже ровен, полностью подчинён рассудку посредством воли, что крепче каменных стен. Смятение выдаёт лишь остро пульсирующая жила на мощной шее. — Я должен первым узнать имя его убийцы.
— Поверьте, я скорблю вместе с вами, почтенный Варкар, — отвечает Ирлаксебра и в его голосе впервые проскальзывают мягкие нотки. — Что ж, я позволю вам остаться, если пообещаете вести себя тихо и не вмешиваться. Любой лишний шум или движение могут нарушить ход обряда, внести помехи... простите, я не смогу объяснить этого на речи воинов, в ней нет нужных слов, — виновато развёл руками страж мёртвых. — Но поверьте, это действительно очень важно. Иначе мы можем вообще ничего не узнать, да и дух Латокра не будет достойно препровождён к Аданосу.
— Я понимаю, уважаемый Ирлаксебра, — склоняет голову Варкар. — Поверьте, через миг вы забудете о моём присутствии.
Старый воин отступает к стене и замирает. Если нарочно не приглядываться, то может показаться, что это всего лишь ещё один рисунок в росписи. Только более грубый и не столь красочно выполненный, как остальные.
Страж мёртвых удовлетворённо кивает и даёт помощникам знак приступать. Под речитатив древней молитвы Аданосу тело почти без плеска уходит в воду бассейна. Молодые стражи мёртвых заводят что-то вроде печального гимна, слов которого не разобрать даже владеющему речью всех высших каст. Это длится не меньше часа. Но вот Ирлаксебра подбрасывает какие-то листья на угли курительницы и громко произносит слова древнего заклинания. Комната наполняется сизым чадом, из которого возникает призрачная фигура, точь-в-точь такая же, как та, что лежит сейчас на дне бассейна. Конечно, если не считать того, что сквозь эту, только что возникшую, можно рассмотреть, как чуть заметно вздрагивает одна из картин в стенной росписи — старый воин Варкар.
— Внемли мне и повинуйся, — не терпящим возражений тоном обращается Ирлаксебра к призраку.
— Кто звал меня? Почему я должен повиноваться тебе? — глухим, не дающим эха, голосом вопрошает призрак.
— Я Ирлаксебра, страж мёртвых, призвал тебя, дух воина Латокра, чтобы ты ответил на мои вопросы.
— Спрашивай, страж мёртвых.
— Кто лишил тебя жизни, Латокр?
— Я не видел, — чуть повременив, отвечает призрак.
— Ты помнишь последний миг своей жизни? Расскажи о нём! — приказывает старый страж.
— Я бежал по мосту... Потом... — призрак умолк, будто вспоминая или подбирая слова. — Потом — удар по затылку и тьма.
— Ответь, как ты попал на окраину города в столь поздний час и что там делал? Кто был с тобой?
— Имя, сынок! Латокр, мальчик мой, назови имя этой вонючей гадины! Я приказываю! — раздаётся вдруг рёв Варкара, о котором увлечённые обрядом стражи мёртвых действительно успели позабыть.
Все вздрагивают. Ирлаксебра с искажённым от гнева лицом оборачивается к старому воину. Призрак тем временем начинает колебаться, теряя плотность и очертания.
— Нет, отец, ты больше не можешь мне приказать. Ты не страж мёртвых. Я не назову имени... — доносится тихий, словно вздох, голос. Призрак исчезает.
— Я же предупреждал! — кричит Ирлаксебра. — Теперь он ушёл, и мы никогда не узнаем правды!
Варкар, бледный, жадно хватающий ртом воздух, нависает над сухоньким стражем мёртвых, будто гранитная скала над лёгкой деревянной беседкой. Кажется, что он вот-вот обрушится на него всей своей чудовищной мощью и раздавит. Но Ирлаксебра даже не вздрагивает. Подбородок его вздёрнут, взгляд устремлён в бешеные глаза Варкара, лицо — маска праведного гнева.
И человек-скала отступает. В отчаянии рванув себя за волосы, он стремительно выскакивает за дверь.

***

— Ни... чего себе! — потрясённо мотая головой, выдохнул Ланс. Он последним пришёл в себя и очумевшим взглядом обвёл магов. — Что это было, Белиар меня подери? Я же ощущал себя... внутри! Как будто стоял рядом с этим Ирлаксер... как его там?
Маги тоже выглядели ошарашенными. Сатурас с трудом разогнул затёкшую спину и поморщился от боли.
— Ты прав, сын мой, необычайно глубокое проникновение. Признаться, я и сам несколько... озадачен. Не ожидал столь сильного эффекта, — покачал головой старый маг. — Только в следующий раз нужно взять посудину пониже и устроиться вокруг неё поудобнее. Спина у меня уже не та, что в молодые годы.
— Учитель, — тихо окликает его Риордиан, глядя на наставника широко раскрытыми глазами, — выходит, мы так и не выясним, что там произошло? Ну, кто убил этого парня и почему он не назвал убийцу. Мне показалось, он видел, кто это был.
— Как знать, — проворчал в ответ Сатурас, — как знать. В конце концов, у нас остались и другие предметы.
— Так давайте их тоже проверим, — предложил Кронос.
— Разумеется. Но не сегодня, — покачал головой старый маг. — Взгляни на небо.
Кронос посмотрел на запад, где, следуя своему извечному пути, должно было опуститься Око Инноса. Потемневший, почти чёрный небесный свод в той стороне, низко над вершинами гор, уже едва различимо отливал багрянцем. Оказывается, ранний вечер давно сменился ночью.
— Ну и зелье! Несколько часов в отключке. То-то у меня в брюхе так бурчит... — растерянно проговорил Ланс.
— Давайте-ка займёмся насущными делами, братья. А продолжение этой древней истории попытаемся узнать завтра, — предложил Сатурас. — К тому же, к утру погода наверняка испортится. Ливень будет. С грозой.
— Тебе явлена воля Аданоса, наставник? — поразился Миксир.
— Ага, — рассеянно отмахнулся Сатурас. — Поясница болит. И определённо не только от неудобной позы.

***

Снаружи бушевал ливень, мутную пелену которого время от времени разрывали вспышки молний. Но гром уже не грохотал над самой кровлей древней постройки, где обосновались маги. Раскаты его доносились издалека.
— Скоро кончится, — уверенно заключил Ланс, отодвинув край полотнища грубой ткани, которой в ненастье занавешивали дверной проём.
— Это хорошо, отвлекать не будет, — ответил довольный Сатурас. — Ну что, дети мои, приступим с благословения Аданоса?
Сегодня обряд решили провести прямо в жилище. Убрали расставленные вдоль стен самодельные койки, отодвинули в угол жаровню. Посередине поставили широкую и плоскую каменную чашу, найденную в развалинах. Её наполнили водой, а вокруг разложили охапки травы и звериные шкуры, чтобы сидеть было удобнее.
— Все готовы? — спросил Сатурас учеников и помощников, уже выпивших зелья и нетерпеливо склонившихся над водным зеркалом.
Получив утвердительный ответ, он принялся читать заклинание. Вскоре отражение обшарпанного каменного потолка в чаше стало меркнуть, вода подёрнулась рябью...

***

...А что, кроме лёгкой ряби, может потревожить в такой день покой водной глади обширной бухты, вглубь которой от берега тянутся ряды деревянных причалов? Разве что плеск вёсел выходящих на промысел рыбачьих лодок да покачивание корпусов боевых кораблей, с палуб которых на доски пристани сходят усталые воины. Усталые, но счастливые и гордые.
Ещё утром, когда родные берега стали ясно различимы на горизонте, все они принялись приводить себя в порядок. Придирчиво осмотрели оружие, до блеска начистили доспехи, расправили плюмажи и плащи из птичьих перьев, тщательно уложили волосы.
Встретить воинов, которые считались погибшими во время разметавшей эскадру бури, пришли многие. Стража согнала простолюдинов с причалов, которые толпа грозила запрудить до полной непроходимости, и теперь прибывшие видят только море непокрытых голов позади пышных уборов представителей высших каст. Повсюду шныряют лишь вездесущие портовые мальчишки, наряженные в обрывки одежды и украшенные пятнами красноватой грязи.
Латокр упругой походкой спускается по сходням, ничем не проявляя вполне естественной после долгой разлуки спешки, степенно шествует по настилу и ступает на берег родного Яркендара. Он идёт в одном ряду со своими боевыми товарищами, среди которых ему ближе всех друзья — неугомонный весельчак Апса, крепкий и надёжный, как скала, Деокес, несравненный стрелок Ксао и смелый до безрассудства Леус. Как и остальные воины, чётким взмахом руки Латокр отвечает на приветственные слова и улыбки встречающих. Султан красно-зелёных перьев уверенно вздымается над его начищенным медным шлемом. Плащ из таких же, но более мелких, перьев переливчатыми струями стекает с плеч, оттеняя красноватый блеск нагрудника и поножей. Короткий меч с причудливо изогнутым клинком свешивается с пояса слева, катэр на костяной рукояти и сумка для стрел — справа. Копьё и почти не уступающий ему длиной сарбакан Латокр несёт на плече.
Он не ждал, что его кто-то придёт встречать на пристань. Отцу не пристало выходить навстречу младшему сыну; двое старших братьев пали в победоносных войнах, которые Яркендар ведёт по всему известному миру; матери обычай не позволяет уходить далеко от дома без сопровождения мужа или взрослых сыновей. Так что знакомая с самого рождения улыбка старого слуги, рука которого лежит на плече маленького мальчика, чьё лицо отмечено ясно различимыми родовыми чертами и первыми татуировками, становится приятной неожиданностью. Ребёнок неуверенно оглядывается на слугу, и тот подталкивает его в спину, указывая на Латокра. Преодолев смущение, мальчик бросается к воину.
— Дядя Латокр! — кричит он.
Стройная колонна воинов сламывается, смешивается, чего никогда не случалось под натиском врагов. Суровую, исчерченную синими полосами ритуальных узоров бронзу лиц растапливают добродушные улыбки. Латокр передаёт копьё и сарбакан слуге, подхватывает племянника на руки, высоко, как пушинку, подбрасывает в воздух, а потом бережно ловит. Маленький Куархо хохочет, ему совсем не страшно в сильных руках.
— Куархо, дружище, ты уже совсем большой! — восхищается Латокр. — Пришёл меня встречать?
— Плишёл, — соглашается довольный Куархо. — А дедуська здёт дома. У него в гостях жлец Ксяхе... Кся...
— О, так и Ксанекхт тоже у нас? — радуется Латокр. — Идём скорее.
Он сажает племянника на плечо, не обращая внимания на смятые перья плаща, и направляется вверх по ведущей из порта дороге. Воины минуют портовые постройки, облепленные толпами зевак, уходящую влево дорогу, что ведёт к рынку, куда стекаются плоды полей и пастбищ со всей округи, и далее — к Великой библиотеке. Вот уже справа виден глубокий провал с заболоченным дном, вокруг которого теснятся хижины черни, а впереди маячит природная каменная арка.
Можно было воспользоваться телепортом, установленным неподалёку от гавани, но Латокр слишком соскучился по родному городу. Поэтому он идёт через главную площадь, куда сходятся все телепортационные линии и где торжественно высится новый храм Аданоса. Вокруг площади теснятся общественные постройки и дома знати из высших каст, а дальше, у подножия скал — опять видны плоские крыши убогих домишек бедноты.
Колонна воинов давно уже поредела, разделилась на множество ручейков, которые растекаются по окрестным улицам и закоулкам. Рядом с Латокром остаются только два десятка человек, в том числе Деокес, Апса, Ксао и Леус.
Пройдя мимо окружающих площадь зданий, Латокр на миг останавливается, чтобы насладиться открывшейся картиной. Внизу расстилается плодородная долина, украшенная пышными садами с утопающими в их зелени искусственными водоёмами и красивыми домами. Один из этих домов принадлежит его отцу Варкару. Хотя эту часть города населяют в основном представители каст жрецов, учёных и хранителей духов, здесь живут и несколько старейших семей воинской касты. Их особняки расположены в северо-восточном углу долины, близ Дома воинов и старого храма Аданоса, с которого когда-то и начинался Яркендар.
— Красота... — восторженно выдыхает за плечом Ксао.
— Вы как хотите, а я домой. Меня там сестрёнки, наверное, заждались. Поди, взрослые уже совсем, — весело произносит Апса, в нетерпении теребя серьгу, сильно оттягивающую мочку уха.
— Но вечером, как стемнеет, жду вас всех у себя, — жестом руки, свободной от оседлавшего другое плечо довольного Куархо, отметает любые возможные возражения Латокр.
— Придём, — как всегда коротко отвечает за всех Деокес.
Людской ручеёк иссякает, впитавшись в зелёную тень проулков. Ещё несколько десятков шагов — и перед Латокром невысокая каменная стена, увитая виноградом и знакомая до последней трещинки, небольшая дверь из потемневших от времени толстых досок, на которых видны позеленевшие шляпки бронзовых гвоздей. Вот и выстеленный неровными каменными плитами двор, где играл ребёнком. Немолодая хрупкая женщина, увидев вошедшего, роняет кувшин, брызги воды украшают камень, стёртый ногами многих поколений предков Латокра. Баат. Мать.
— Бабуська Баат, дядя Латокл плиехал! — раздаётся над самым ухом восторженный вопль маленького Куархо.
— Мама!
Воин, не глядя, суёт племянника слуге и бросается к женщине. Шлем, размахивая разноцветными перьями плюмажа, с глухим звоном катится по плитам.
— Латокр... сыночек... Живой! — шепчет Баат, её сухие пальцы путаются в густых чёрных волосах сына. — Иди, отец ждёт, — опомнившись, говорит она.
Латокр нехотя разжимает объятья и направляется к занавешённой пёстрой циновкой двери. Наскоро омывшись и сменив одежду, молодой воин идёт к отцу. Минует длинное помещение с невысоким потолком и попадает в обеденный зал, посреди которого за низким столиком восседают два украшенных шрамами почтенных мужа — знаменитый воин Варкар и всеми уважаемый жрец Аданоса Ксанекхт. Оба в праздничных одеяниях. Лишь пышные головные уборы лежат на расставленных вдоль стен каменных сундуках.
Вошедший склоняется в почтительном поклоне, получает в ответ доброжелательные кивки и ловит испуганный взгляд Оллуват, младшей жены отца. Она только что закончила расставлять на столике новую порцию блюд и, торопливо подхватив опустевший поднос, неслышными шагами покидает комнату. Жрец провожает её одобрительным взглядом. Отец не удостаивает вниманием. Младшая жена его разочаровала. «Пустоцвет», как-то сказал он о ней, ещё перед отъездом Латокра. И в голосе старого воина сквозило равнодушие. Рофара, вдова старшего сына Варкара Радемеса — мать Куархо — пользуется в доме куда большим уважением...
Латокр усаживается рядом с отцом. Следует крепкое пожатие протянутых над столиком рук. Ксанекхт едва приметно морщится — сильные пальцы Латокра слишком крепко сдавили его тонкое предплечье. Вернувшийся из похода воин ещё не привык соразмерять силу. В глубине глаз Варкара — теплота. Он бесконечно рад возвращению сына и гордится им.
После обязательных слов приветствия и вопросов о здоровье беседу начинает Ксанекхт.
— Совет Пяти и все мы были чрезвычайно опечалены известиями о гибели половины эскадры Визоки. Особенно потрясло всех известие, что знаменитый учёный, истинная гордость Яркендара, Заротхемес пропал вместе с потерянными во время бури кораблями. И мы бесконечно рады, что эти вести оказались ложными, — гладко, будто читая проповедь, произносит жрец и вопросительно смотрит на Латокра.
— Да, сынок, расскажи, что же там случилось? — поддерживает друга Варкар.
Конечно, старикам уже известно то же, что и всему городу. Уж им-то принесли радостное известие, как только числившиеся погибшими корабли неожиданно возвратились из небытия. Но хочется услышать об этих странных событиях из уст очевидца.
— Эскадру всего лишь разметало бурей. Половина кораблей под управлением Визоки смогла вернуться в Яркендар и принесла весть о нашей гибели. А нас отнесло далеко на юг, — начинает свой рассказ Латокр. — Один из кораблей действительно погиб, но почти всех, кто на нём находился, удалось спасти. Однако Аданос разгневался на нас не на шутку. Может быть, принесённые перед отплытием жертвы оказались малы. Не знаю. Но нас носило по морю много дней, а когда буря утихла, небо надолго осталось затянутым сплошными тучами. Кормчие не могли проложить верный курс и даже знания великого Заротхемеса оказались бессильны. Запасы воды и пищи подходили к концу, грести изо дня в день нам помогали упорство и надежда на милость Аданоса...
Латокр прерывает рассказ, чтобы наполнить кубки отца, Ксанекхта и свой собственный. Прожевав изрядный кусок тушёной ноги болотной крысы и запив мясо вином, он продолжает.
— Одна из ночей выдалась ветреной. Мы даже стали опасаться, как бы вновь не разыгралась буря, — вспоминает молодой воин. — А к утру тучи разошлись и прямо к востоку от себя мы увидели очертание неизвестной земли. Лучи восходящего солнца вспыхнули над скалами. Зрелище было чудесное. Мы дружно пали на колени и вознесли молитву Аданосу. А почтенный Заротхемес провозгласил это божественным знаком.
Неспешный рассказ снова прерывается ради трапезы, но вскоре возобновляется:
— Заротхемес назвал открытый остров Питхорм. Людей на нём не было. Зато оказалось много дичи и целебных трав. Только воду мы отыскали не сразу, поскольку ни ручьёв, ни озёр на Питхорме нет. Лишь небольшие родники в лесных оврагах. На третий день Заротхемес собрал всех на берегу острова и сказал, что Аданос не просто так привёл нас к этой земле. Здесь надлежит возвести храм в его честь, построить Дома жрецов, учёных, воинов, стражей мёртвых и целителей. Словом, превратить остров в оплот Яркендара на юго-востоке Западного моря. Бывшие с нами Миннакхт и другие жрецы согласились с великим учёным. Они с частью помощников и рабов остались на Питхорме, чтобы начать работу. Заротхемес посоветовался со звёздами и указал нам путь к Яркендару. Он велел прислать ему ещё людей, металлов и орудий.
— Это хорошо, — произносит Ксанекхт, задумчиво теребя многочисленные амулеты, украшающие морщинистую шею. — Чернь в последнее время совсем распоясалась. Будет неплохо отправить часть крикунов к Заротхемесу. Пусть займутся полезным делом.
— Подумаешь, кучка простолюдинов... — ворчит Варкар и обращает взгляд к Латокру. — Лучше расскажи о войне на материке, сынок.
— А что рассказывать? — пожимает плечами Латокр. — Вам и так всё известно из донесений и рассказов тех, кто вернулся раньше... Мы разбили западных варваров и отогнали их до пустынь и болот на юге, до самых холодных гор на севере. Люди это сильные, но совершенно дикие. Некоторые больше похожи на орков, чем на людей. И, так же как орки, поклоняются огню, повелителя которого называют Инносом, и духам предков, пребывающих во владениях божка по имени Белиар, Велиар или Бельджар. Разные племена называют его по-разному, — воин отметает дикарские суеверия энергичным взмахом широкой ладони и продолжает рассказ. — В бою они опасны, когда нападают из засады, стреляют в спины из больших луков. В схватке один на один тоже представляют угрозу, так как очень сильны и прекрасно владеют своими тяжёлыми топорами. Но против сомкнутого строя их толпы бессильны. Залп из сарбаканов в упор, копейный натиск — и вот уже одни мертвы, другие бегут, а третьи корчатся от яда, которым смазаны наши стрелы.
— Пред верными сынами Аданоса сила язычников подобна праху, — назидательно говорит жрец.
— Верно, почтенный Ксанекхт, — склоняет голову Латокр. — Мы согнали их с долин и холмов Срединной равнины, а в устье большой реки основали город Венгердар. Там удобная стоянка для кораблей, земли вокруг очень плодородны. А чтобы варвары впредь не высовывались из своих болот и заснеженных гор, главные тропы и перевалы перекрыли крепостями...
Рассказ Латокра разматывается неспешно. Словно бы никуда не торопясь, воин подробно повествует о внезапных сшибках на горных тропах, ночных засадах в густой чаще лесов, захлёстывающих наскоро обустроенный бивак ливнях, завывании колдунов, лихорадке и воспалённых ранах воинов, решающих сражениях на равнинах и пламени, пожирающем деревянные укрепления огнепоклонников. Входят и выходят женщины и слуги, принося новые перемены блюд. Маленький Куархо притих в углу за сундуком, во все уши слушая рассказ дяди. Лишь глаза его лихорадочно поблёскивают из-под тяжёлого шлема Латокра, с которым малыш никак не хочет расстаться.
Наконец, много часов спустя, рассказ окончен. Любопытство старших удовлетворено. И Латокр решается задать столь волнующий его вопрос.
— Отец, здоров ли уважаемый целитель Даджеб? И как поживает его дочь Кувлит?
Варкар и Ксанекхт переглядываются и опускают головы. Воцаряется гнетущая тишина.
— С ними что-то случилось? — взволнованно спрашивает Латокр, привстав со своего места, будто собирается немедленно бежать куда-то.
— Думаю, тебе следует забыть эту женщину, мой мальчик, — поджав тонкие губы, произносит, наконец, старый жрец.
Варкар лишь пыхтит сердито и прячет глаза.
— Но почему?! — недоумевает молодой воин. Голос его чуть заметно дрожит.
— Её отец, Даджеб, был уличён в занятиях орочьей магией, противной воле Аданоса, — сокрушённо качая головой, отвечает Ксанекхт. — Он был изгнан из касты целителей и вскоре умер. Имущество его конфисковано, слуги разбежались. Кувлит вместе с вольноотпущенным рабом-орком поселилась где-то в нищих трущобах. Говорят, её орк таскает камни на стройке, а сама она стряпает для рабочих и...
— Говорите же!
— Она занялась целительством. Будто бы она мужчина. И ладно бы применяла одни лишь травы и притирания, так ещё и магию использует! Верно, слава этой еретички Астеи, возомнившей себя великой жрицей, до сих пор даёт о себе знать. Хоть с её казни прошло уже немало столетий...
— И это ещё не всё, — с трудом произносит Варкар, всё так же пряча взгляд. — Ходят слухи, что с этим орком они не просто делят кров и пищу, но и...
— Не может быть! — вскакивает Латокр, едва не опрокинув столик.
— За это не поручусь, — виновато пожимает плечами старый воин. — Но в любом случае она тебе не пара.
Латокр выбегает из зала, выскакивает на погружённый в вечерний полумрак двор и там замирает, прижавшись лицом к колонне, что поддерживает увитый виноградной лозой навес. Из груди его вырывается глухой стон. Он колотит рукой по колонне, пока боль в разбитых в кровь пальцах не заставляет его опомниться и устыдиться недостойного поведения. Испуганный Куархо, тенью следовавший за обожаемым дядей, тихо опускает на каменные ступени шлем и исчезает за дверью.
— Господин, пришли ваши друзья... — раздаётся робкий голос старого слуги.
Латокр оборачивается к калитке, в которую, пригибаясь, один за другим входят Деокес, Леус и Ксао, усилием воли сгоняет с лица скорбное выражение, растягивает губы в улыбке и делает шаг навстречу боевым соратникам. Впрочем, старания его напрасны. Друзья слишком хорошо его знают, чтобы не заметить неладное.
— Латокр, что стряслось? — спрашивает Леус. Деокес лишь пытливо вглядывается в лицо друга, а Ксао поднимает со ступенек шлем и рассеянно вертит его в руках.
— Ничего... Потом расскажу, — резко качает головой Латокр. — Вы не представляете, как я рад, что вы пришли. А где Апса?
— Демон его знает, опять где-то потерялся, — пожимает плечами Деокес.
В этот миг за стеной слышатся торопливые шаги, калитка с треском распахивается, и едва не сбив с ног слугу, во двор врывается растрёпанный Апса.
— Латокр! — кричит он. — Там твоя Кувлит замуж выходит!
— Где?! За кого?
— Пойдём, поглядим на этого наглеца, — решительно произносит Ксао, нахлобучивая шлем на голову Латокра.

***

— ...Да благословит Аданос ваш брак, дети мои! — произносит в завершение обряда старенький жрец, седые волосы которого кажутся синеватыми в холодных лучах магических светильников. Они едва рассеивают полутьму крохотной скособоченной часовни, прилепившейся на склоне у окраины бедного квартала. Тусклый свет тонет в выцветших остатках росписи, путается в затянувшей углы паутине, вязнет в освоивших каждую трещину алтаря лишайниках. Но Кувлит и её избраннику — молодому мужчине с мускулистыми натруженными руками и круглым добродушным лицом — нет дела до убогости обстановки.
— Кеоф, милый, — выдыхает Кувлит и прижимается к широкой груди мужа. Он нежно гладит её длинные густые волосы.
Многочисленные гости, столпившиеся за дверями часовни, приветствуют молодожёнов радостными криками. Верный Азбудак улыбается во всю клыкастую пасть, его маленькие глазки под покатым лбом превращаются в едва заметные щёлочки. Кеоф берёт Кувлит за руку и ведёт наружу. Впереди у них застолье в кругу многочисленных друзей, прямо во дворе крохотного глинобитного домишки, а затем...
Позади толпы возникает сумятица. Чьи-то злые резкие окрики заглушают радостный гул, который сминается, рвётся на отдельные голоса и смолкает, сменившись напряжённой испуганной тишиной. Сквозь толпу к молодожёнам пробиваются пятеро мужчин. Каждый из них возвышается над толпой на целую голову. Они подобны мракорисам, ворвавшимся в овечье стадо.
Пришельцы бесцеремонно расталкивают стоящих на пути гостей и останавливаются перед молодожёнами.
— Латокр... — произносит Кувлит. Голос её холоден и бесцветен.
Молодой воин окидывает Кеофа презрительным взглядом и цедит сквозь зубы:
— Это на него ты меня променяла?
Избранник Кувлит отвечает Латокру свирепым взглядом, но тот уже не смотрит на него. Он вглядывается в большие глаза Кувлит. Сейчас, в сгустившихся сумерках, они кажутся чёрными, но воин помнит, что они золотисто-коричневые, как ореховое дерево с Южных островов или дикий мёд горных пчёл.
— Чего тебе от меня нужно? — в зрачках Кувлит мелькает мгновенный отсвет показавшейся над вершинами луны, но Латокру кажется, будто там вспыхнули две крохотные молнии. Сердце его, как когда-то, сжимается сладко и болезненно. — Я надеялась, что ты навсегда покинул мою жизнь. Меня обещали тебе, как обещают вещь или домашнее животное, но я никогда тебя не любила, — продолжает она.
— Но наши отцы...
— Наши отцы могут решать за себя, но не за меня. И мой отец перед смертью стал понимать меня куда лучше, чем прежде. А Варкар... Неужели ты думаешь, что он позволил бы тебе жениться на женщине, изгнанной из касты и долгие месяцы жившей среди простолюдинов?
— Кое в чём мы с тобой очень похожи, Кувлит, — отвечает Латокр, стараясь, чтобы дрожь в голосе не выдала обуревающих его чувств. — Я тоже сам решаю, как и с кем мне жить.
— Решай. Но только, прошу, без меня, — зло смеётся Кувлит. — Свой выбор я сделала.
— Но...
— Послушай, уважаемый воитель, оставь в покое мою жену, — мягко произносит Кеоф, оттирая Латокра в сторону. Толпа за спинами воинов угрожающе ворчит.
— Да чего ты с ними разговариваешь, Латокр?! — выкрикивает Апса. — Совсем чернь распоясалась! Забыли, грязные шныги, кто правит Яркендаром.
Эти слова словно заставляют застывшее ненадолго время понестись вскачь. Латокр мощным ударом отшвыривает Кеофа в сторону и подхватывает отчаянно сопротивляющуюся Кувлит на руки. Старый жрец, ошарашенный происходящим, пятится назад и усаживается на алтарь. Гости разражаются многоголосым возмущённым рёвом и разом подаются вперёд. Воинам остаётся лишь отчаянно отбиваться. Им приходится нелегко — худые плечи каменотёсов, носильщиков, плотников, плавильщиков и кожевников оказываются на удивленье сильными. Но воинам помогает многолетняя выучка, умение действовать в бою как единое целое. К тому же, Деокес и Ксао ещё в доме Варкара разжились короткими тяжёлыми дубинками, а находчивый Апса мигом раздобыл где-то заляпанную известью длинную рукоять от какого-то орудия. Гости же, разумеется, пришли на свадьбу безоружными.
Спустя немного времени старый жрец стоит в дверях часовни, со скорбью озирая опустевший двор, на щербатых плитах которого осталось несколько тел сбитых с ног, а, может, и мёртвых гостей. Служитель Аданоса горестно воздевает руки к небесам и не слышит ворчания орка Азбудака, который приводит в чувство Кеофа. Тот сильно ударился затылком о стену, но голова у каменотёса крепкая, и он быстро приходит в себя.
— Где Кувлит? — первое, что произносит Кеоф.
— Его её уносить, — ворчит Азбудак. — Люди гнаться, но воин драться крепко.
Кеоф вскакивает на ноги и, чуть пошатнувшись, полностью овладевает своим телом.
— Твоя молот. Я с собой приносить, — орк вытягивает откуда-то из-за спины увесистое бронзовое орудие, насаженное на отполированную ладонями рукоять.
Кеоф привычно подхватывает молот и бросается в погоню за похитителями возлюбленной. Старый орк бежит следом. Жрец провожает их отрешённым взглядом.
Толпа оттесняет воинов к краю котловины, на дне которой в густой темноте дышит смрадом болото.
— Беги! Мы их задержим! — кричит Леус. Латокр, поняв его мысль, с неистово брыкающейся Кувлит на руках бежит прочь по узкому извилистому проулку.
Толпа наседает на воинов всё решительнее. Особенно сильным натиск становится с появлением Азбудака, вооружившегося подобранной где-то суковатой палкой. Кеоф же бросается в сторону, вскакивает на сложённый из камней забор, с которого перепрыгивает на плоскую крышу ближайшей хижины, с неё — на землю позади отчаянно сопротивляющихся друзей Латокра и мчится по проулку туда, откуда доносится крик Кувлит.
Даже с сопротивляющейся ношей на руках Латокр очень стремителен. Он вовремя замечает тупик, в который ведёт его проулок, и сворачивает в сторону. Протискивается в узкую щель между домами и неожиданно оказывается на самой окраине, среди поросших корявыми деревцами скал. Впереди — пропасть, через которую переброшен ветхий деревянный мост. Латокр бежит по нему, достигает вьющейся меж скал тропы и здесь его нагоняет Кеоф.
Опытному воину не нужно оглядываться, чтобы знать, где находится преследователь. Латокр не слишком церемонно отталкивает Кувлит и оборачивается как раз вовремя, чтобы уклониться от удара молота Кеофа и кулаком выбить воздух из груди каменотёса. Тут же следует удар ногой, которым он надеется сбросить настырного простолюдина в пропасть. Но тот каким-то чудом отбивается рукой, частично гася силу удара. На ногах Кеоф не удерживается, молот вылетает из его ладони, а сам каменотёс падает в шаге от края пропасти.
— Кеоф! — отчаянно кричит Кувлит и слабая магическая вспышка заставляет воина пошатнуться. Будто разъярённая гарпия набрасывается новобрачная на своего похитителя. Её ногти оставляют на щеке Латокра четыре красные полосы. Воин какое-то время пытается скрутить строптивую добычу, а потом в гневе отшвыривает её от себя. И в этот миг страшный удар опускается на его затылок, вминая шлем и превращая ночной сумрак в беспросветную багровую тьму. Тьму смерти.

***

— Так вот оно как было... — задумчиво проговорил Нефариус, старательно растиравший затёкшие от долгой неподвижности руки.
— Такое чувство, будто это меня по затылку молотом приласкали, — проворчал Ланс.
Сатурас с кряхтением поднялся и, неуверенно переставляя занемевшие ноги, направился к двери.
— Воздух-то какой, — с удовольствием произнёс старый маг. — И звёзды крупные, словно дождь смыл с них пыль.
— Наставник, похоже, решил в стихоплётство удариться, — едва слышно шепнул Кронос Мердариону. Тот молча улыбнулся.
— Что же с ними случилось дальше? — встряхнув головой, нетерпеливо спросил Миксир, всё время после выхода из транса пребывавший в глубокой задумчивости.
— А вот это, надеюсь, мы узнаем завтра. Ведь у нас есть ещё молот Кеофа, — обернулся к ученику Сатурас.

***

Пламя костра бросает красноватые отсветы на стены небольшой пещеры. У костра — двое. Крепкий молодой мужчина с простоватым лицом задумчиво морщит лоб, шевеля палкой раскалённые уголья. Сидящая рядом изящная женщина обхватила колени руками и, не моргая, смотрит в огонь. В её ореховых глазах пляшут колдовские блики.
Вдруг женщина настораживается и поворачивает голову в сторону узкого входа. Мозолистая рука мужчины сжимает рукоять лежащего рядом бронзового молота. Раздаётся шорох и в пещере сразу становится тесно — к костру подсаживается крупный орк, который кажется ещё больше из-за густой, с проседью, шерсти, покрывающей прикрытое лишь набедренной повязкой и массивными ожерельями тело.
— Азбудак! — облегчённо выговаривает женщина.
— Ваша совсем неосторожный, свет из пещера за тридцать шагов видать, — ворчит орк. — Ну, Кувлит — женщина, а твоя, Кеоф, понимать надо.
Впрочем, теперь костёр надёжно отгорожен от входа широкой спиной орка, выдать беглецов может лишь запах дыма. Старый Азбудак кладёт рядом с костром короткий лук, копьё с широким медным наконечником и увесистый свёрток с едой.
— Вот, ваша друзья присылать.
— Нас ищут? — с тревогой в голосе спрашивает Кеоф.
— Пока не искать. Никто про вас не говорить. Все говорить: никого не видеть и не знать, куда пять воин деться. А старый колдун, который вас женить, язык отняться. Но если он совсем помирать, стражи духов его спрашивать и он всё говорить.
— И воины поверили, что никто не видел, куда делись пятеро из них? — с сомнением спрашивает Кувлит. — Не такие они дураки.
— Зачем поверить? Не поверить, — тяжело ворочая клыками, говорит Азбудак. — Только не знать, кто что видеть и что делать. А весь простой люди и орки-рабы переказнить не можно, закон не велеть. Хы-ы, — с жутковатой усмешкой добавляет он, — и кто большой люди из касты тогда кормить и храмы строить?
— В любом случае нам нужно уходить как можно дальше. Рано или поздно они нападут на наш след, — говорит Кеоф.
— Ваша с Азбудак в горы ходить. Далеко, где жить народ Азбудак. Моя следы колдовством прятать. Моя быть большой шаман, всё племя Азбудак уважать. И люди там тоже мало-мало жить, который орки друзья.
— Если ты такой великий шаман, то почему столько лет был рабом? И, может, твоё племя вообще давно перебили? — скорее из чистого упрямства не соглашается Кеоф.
— Племя живой, мне вести много раз приносить, — весело скалится Азбудак. — А рабом моя долго быть... В плен попадать — совсем худо быть. Голова дырявый, живот дырявый. Азбудак помирать думай. Потом Даджеб моя покупай, лечи. Я его шибко уважать. А Кувлит мне стать вместо дочка. Вот я и не уходить. Дома только другой орки ждать. Баба мой давно помирай, сыны — на война убиты. Кувлит стать Азбудак родная. А твоя мне как сын.
— Ладно, папаша, — улыбается Кеоф. — На рассвете двинем. Как думаешь, Кувлит?
— А что нам остаётся, — вздыхает Кувлит и прижимается к плечу мужа. — Всё равно вблизи города долго не просидишь. Они или тела остальных воинов в болоте найдут и духов их допросят, или под пыткой у кого-нибудь из наших признание выбьют. Главное, что мы вместе. А здесь или в горах у орков — так ли это важно? Там мы будем не более чужими, чем в Яркендаре.
— Я до сих пор не понимаю, почему этот твой... Латокр, кажется? Почему он нас не выдал? — заглядывает в глаза жены Кеоф. — Тело мы спрятать не успели, и стражи мёртвых наверняка вызвали его дух.
— Не понимаю, — задумчиво отвечает Кувлит. — Он был так разъярён... Ты знаешь, у меня такое чувство, будто он и сейчас где-то здесь, неподалёку. Но враждебности я не ощущаю.
— Кеоф, твоя мне теперь молот давай, — решительно произносит Азбудак, пошевелив широкими ноздрями и оглянувшись, словно почувствовал кого-то у себя за спиной. — Я его город носить и там прятать.
— Зачем это? — удивлённо спрашивает Кеоф.
— На его кровь Латокр. Он его смерть знал. Дух будет ходить за молот, кровь чуять. Потому моя молот прятать, а утром мы в горы уходить.

***

— Вот и всё, что нам удалось узнать, — вздохнул Сатурас, задумчиво глядя на поверхность воды, наполнявшей чашу. Вода была самой обыкновенной, сквозь неё виднелась прозелень бронзового молота, лежавшего на дне сосуда, а на поверхности лениво шевелила лапами залетевшая с улицы букашка.
— Так они спаслись или нет? — почесал в затылке Ланс.
— Боюсь, это навсегда останется тайной минувшего, — раздосадовано проговорил Миксир.
Остальные маги уже разбрелись, негромко переговариваясь, и принялись за повседневные дела.

***

Ланс подпрыгнул на месте и повёл плечами, проверяя, удобно ли сидит лёгкая кольчуга, которыми снабжались все воины Кольца Воды. Потуже застегнул пояс с коротким мечом, забросил за спину лук и обернулся к Сатурасу.
— Ну, я пошёл. А то, боюсь, как бы там наши разбойнички не учудили чего без пригляда.
— Благослови тебя Аданос, сын мой, — ответил Сатурас.
Ланс лёгкой походкой направился к краю обширной платформы, вмещавшей руины храма и других построек, а также площадь с неработающими древними телепортами. Старый маг смотрел ему вслед, пока разведчик не скрылся из виду, спустившись по широкой каменной лестнице, с верхних ступеней которой когда-то давным-давно Латокр с сидевшим у него на плече маленьким Куархо обозревали утопавшие в тени садов богатые кварталы. Ныне на их месте раскинулось заросшее огромными деревьями болото, из которого тут и там выступали остатки древних стен.
— Наставник, взгляни, что мы нашли, — окликнул Сатураса Миксир и протянул плоскую каменную плитку, испещрённую непонятными символами. Оба мага склонились над письменами.
А Ланс тем временем миновал покрытую руинами нижнюю террасу и оказался на краю болота. Почва, скрытая густым пологом широколистных папоротников, походила на пропитанную водой губку. Под ногами сразу захлюпало. В тени гигантских деревьев нудно гудели кровяные шершни и болотные вонючки, невидимые за серой пеленой тумана. Где-то вдалеке тоскливо кричала птица.
Ланс осторожно двинулся в сторону болота, поминутно останавливаясь и прислушиваясь. Почуяв неладное, он снял с плеча лук, достал стрелу, обернулся на шорох за спиной, но обнаружить цель не успел. Удар вылетевшего из зарослей и попавшего под лопатку тяжёлого арбалетного болта сбил его с ног. Лёгкая кольчуга не защитила. Трое бандитов выбрались из зарослей, под злорадный смех быстро собрали оружие следопыта и, убедившись, что он действительно мёртв, скрылись в сыром тумане.

***

Ланс не сразу поверил в то, что случилось. Он смотрел на примятые папоротники, своё лежащее ничком тело, чётко отпечатанные в жирной грязи следы убийц. Уже хотел броситься вслед за бандитами и лишь тогда осознал, что в этом больше нет никакого смысла. Он мёртв. Это его собственный дух созерцает распростёртое внизу тело, ставшее вдруг таким чужим и далёким. Ланс горько усмехнулся полупрозрачными бесплотными губами и побрёл куда-то вглубь болота, не разбирая дороги. Впрочем, топь не пыталась его затянуть, поваленные стволы нисколько не мешали, а шершни не обращали на призрачного Ланса никакого внимания.
Сидящего на замшелом бревне человека он узнал сразу. Кивнул как старому знакомому. Уселся рядом.
Помолчали.
— Ну что, идёшь к Аданосу? — услышал Ланс негромкий голос.
— А что делать? Хотел ещё пожить, да, видать, не судьба, — отозвался разведчик, глядя в призрачное лицо собеседника. — А ты что так задержался? Сколько уж времени прошло.
— Не знаю. Как-то так... Брожу здесь, будто жду чего-то, — пожал плечами тот.
— Так столетиями и бродишь по развалинам?
— Раньше в горы часто уходил. Через море путешествовал — на материк, на остров, который мы с Заротхемесом нашли. А потом скучно стало. Теперь редко отсюда удаляюсь.
— Тяжело, наверное, было видеть гибель своего народа.
— На всё воля Аданоса. Ничто в его мире не вечно. Здесь вот теперь болото. А в котловине, где погибли мои друзья, вместо вонючей трясины плещется чистое и глубокое озеро...
Ещё помолчали.
— Слушай, Латокр, а что сталось с Кувлит и Кеофом?
— Орк Азбудак увёл их в горы. Жили там около года. Правда, мой племянник Куарходрон рассказал о словах Апсы, которые слышал во дворе тем вечером... Отец с другими воинами пытался их разыскать, но попал в орочью засаду и погиб, — Латокр печально улыбнулся. — Ушёл к Аданосу тотчас же, с чувством выполненного долга.
— Значит, они всё же спаслись...
— Да. Через год к берегу неподалёку от стойбища пристал корабль откуда-то с востока. На нём они и уехали. Кувлит, Кеоф и маленький Хосэт, который родился в орочьем шатре холодной зимней ночью.
— А орк?
— Азбудак ещё долго жил в своём племени. Учил молодых шаманским премудростям. Я часто ходил на него взглянуть.
Снова умолкли на какое-то время.
— Тебе пора. Чувствуешь? — произнёс Латокр.
— Да, пора, — ответил Ланс и поднялся.
Он сделал несколько шагов, потом обернулся и спросил:
— Скажи, Латокр, а почему всё-таки ты их не выдал?
— А ты не понял? Страсть и ревность, толкавшие меня на путь зла, умерли вместе с телом. Осталась только любовь. А разве можно предать ту, кого любишь? Я всего лишь хотел, чтобы она была счастлива.
Ланс молча кивнул и двинулся прочь. Его призрачная оболочка становилась всё тоньше и прозрачнее, пока полностью не слилась с туманом.


Иллюстрации
Spoiler:

Ирлаксебра


Азбудак, Кувлит и Кеоф

__________________
Мои рассказы.

Последний раз редактировалось Дикарь; 19.12.2016 в 19:36.
Дикарь вне форума   Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Druid (07.03.2014), master gothici (07.03.2014), Tolgetmen (07.03.2014)
Старый 07.03.2014, 10:00   #26
Доисторический летописец
Магистр форума
 
Аватар для Дикарь
 
Регистрация: 22.06.2007
Сообщений: 2,273
Сказал(а) спасибо: 404
Поблагодарили 820 раз(а) в 300 сообщениях
По умолчанию Re: Новые рассказы Дикаря

Юмористический рассказ "Бажественная история" *
Spoiler:
На Хоринис опустился тёплый летний вечер. Торговцы на рыночной площади начали убирать с лотков товары. Маг Ватрас закончил свою проповедь о деяниях богов и скрылся в часовне, чтобы предаться там ночной молитве. Стражники зажгли масляные светильники, расставленные по всему Хоринису на прочных столбах. Горожане стали понемногу покидать улицы, лавки и мастерские, собираясь в тавернах или расходясь по домам.

***
В «Весёлой маске», заведении Корагона, было, как всегда в этот вечерний час, многолюдно. За столиками в ожидании выпивки разместились посетители, лениво перебрасываясь отрывистыми фразами:
— Я не знаю, кто его так отделал.
— В наше время никому нельзя доверять.
— Да, раньше всё было совсем иначе.
У дальнего стола, заваленного снедью и уставленного бутылками с красным монастырским, вальяжно развалился местный богач и повеса Валентино. Его респектабельный вид несколько портил здоровенный синяк под заплывшим левым глазом.
За ближайшим к прилавку Корагона столом... вернее, в полуметре над ним, сидел прямо на воздухе местный собиратель сплетен и любитель совать нос в чужие дела по имени Регис. Что-то поспешно кропая в криво сшитом из разнородных кусков пергамента блокноте, он жадно прислушивался к разговору двух мужчин, что стояли у прилавка с бутылками в руках. Это были Безымянный герой и охотник Барток.
— Нет, я с тобой на охоту больше ни за что не пойду, — говорил Барток. — И так в прошлый раз чуть жизни не лишился. Сначала мракорис, потом орк... Да ещё лечебное зелье зажал, скупердяй! А у меня всего три единицы жизни оставалось, ещё бы чуть и...
Высказав всё это, Барток горестно вздохнул, поднёс к носу бутылку шнапса и с шумом высосал ноздрями её содержимое.
— Да ладно тебе! — проворчал в ответ Безымянный. — Зелья мне и самому не хватало. А опасности... В конце концов, в лесу всегда опасно. Я как-то раз между маяком и фермой Акила вообще чуть не убился на ровном месте. О бревно споткнулся и — хрясь о землю!
— Не может быть! — поразился Барток.
— Врёшь ты всё, — встрял в разговор Регис. — Нет у нас во второй «Готике» такой анимации.
— А левитация у нас есть? — возразил герой.
— Нет...
— Тогда какого рожна ты в воздухе висишь над столом?
— Ну-у... — смутился Регис, — баги, знаешь ли...
— Вот то-то и оно, что баги, — назидательно воздел кулак Безымянный. — Я в тот раз, когда по лесу шёл, на брёвнышко вскочил и соскользнул с него нечаянно. Вперёд соскользнул, а не назад, заметь. А движок посчитал, что я упал... ну, вроде как с края обрыва свалился, только не высоко. В итоге растянулся во весь рост, и нескольких единиц жизни как не бывало.
— Вон оно чего... — протянул Барток и достал откуда-то из-под полы очередную тайком пронесённую в таверну бутылку с палёным пойлом, которое гнал батрак по имени Вино. Охотник стоял к безымянному герою боком и, увлечённый рассказом, как раз повернул к нему голову. Так что горлышко бутылки пришлось не на нос, а на ухо Бартока. Это, впрочем, его ничуть не смутило. Парень вылил пол-литра шнапса себе в ухо, затолкал бутылку туда же и довольно крякнул. — Ух, крепкий, зараза!
Регис снова лихорадочно застрочил в блокноте.
— Парни, вы горячее брать будете? — подал голос из-за своего прилавка хозяин таверны Корагон.
— А что у тебя сегодня? — лениво поинтересовался Безымянный.
— Есть уха, похлёбка из репы, а для гурманов рагу из мясных жуков. Что предпочитаете?
— Мне ухи, наверное, — пожал плечами изрядно захмелевший Барток.
— А я стариной тряхну, отведаю рагу из жуков, — сделал выбор Безымянный.
— У меня, наверное, только на репную похлёбку хватит. Не при деньгах сегодня, — сконфузился Регис.
— Ты всегда не при деньгах, — усмехнулся Корагон. — Так что возьми лучше ухи, а то репа нынче вздорожала.
— Репа дороже рыбы? — удивился Регис.
— А ты как думал? Онар же нам со своих полей урожай нынче не поставляет. А рыбу Фарим каждый день ловит. Даже с наценкой Хальвора выходит дешевле.
Просветив любителя новостей, Корагон направился к плите и принялся разогревать заказанные блюда. Почему-то на сковородке.
— Эй, хозяин! — окликнул его Безымянный.
— Чего ещё? — отозвался Корагон, мгновенно спрятав сковороду под засаленный фартук. При этом он обернулся к посетителю всем корпусом и сделал шаг назад, по пояс оказавшись внутри основательной, доброго чугуна кухонной плиты. Это, впрочем, его ничуть не смутило, хотя плита была раскалена до красна, а в топке весело полыхали дрова.
— Рагу погорячее сделай, — высказал своё пожелание Безымянный. — Я, понимаешь, так привык. Мне в Старом лагере Снаф его прямо из котла обычно наваливал, с парком.
— Сделаем, — отозвался хозяин таверны и вернулся к прерванному занятию.
Вскоре он выставил на прилавок две тарелки с ухой и миску рагу. Безымянный с удовольствием вдохнул исходящий от блюда запах.
— Как в старые добрые времена... — с чувством проговорил он. — Слушай, Корагон, а ты супы из лесных кореньев и из ползуна готовить умеешь?
— Рецепт скажешь — сготовлю.
— Если б я его знал...
Тем временем Регис с кряхтением сполз со своего воздушного насеста и подошёл за тарелкой ухи. Развязав тощий кошель, он с барственным видом швырнул на прилавок несколько золотых. Барток тоже взял со стола тарелку.
— Угощаю! — Безымянный щедрым жестом бросил туго набитый кожаный мешочек, который Корагон ловко поймал и молниеносно припрятал.
Все трое разом отправили в рот заказанные блюда... вместе с посудой, в которой они содержались. Бодро захрустели керамикой.
— Эх, — вздохнул Корагон, — когда ж мы, как приличные люди, выучимся жрать из посуды, а не вместе с посудой? Сколько можно! Мне один заезжий торговец как-то рассказывал, что некий демиург по имени Зен научил людей в своём мире оставлять после еды и питья пустую посуду и использовать её снова.
— Или вот Настась Санна... — задумчиво протянул Безымянный.
— Мужики, вы о чём вообще? — навострил уши Регис, доставая блокнот.
— Да так, о своём.
Окончательно захмелевший Барток тем временем отошёл от прилавка и с размаху уселся мимо табурета. Впрочем, на пол он не упал, а так и остался клевать носом сидя на воздухе, как будто под ним была невидимая скамейка. Никто не обратил на него внимания.
Тем временем в дверях появились новые посетители. Это были двое городских стражников. Одного из них Безымянный знал, его звали Пабло. Знакомец окинул заведение строгим взглядом и в упор уставился на героя.
Регис на всякий случай бочком-бочком ретировался в тёмный угол. Там его сразу же перехватил Валентино и принялся вещать что-то о том, как стать богатым и популярным. Остальных посетителей, за исключением нашего героя и пьяного в дым Бартока, как ветром сдуло.
— Эй ты! Как тебя... — так повёл стражник свою речь.
— Меня зовут... — начал было Безымянный.
— Ты ещё не понял? Всем без разницы, как тебя звать, — оборвал его Пабло. — Мне велено передать, чтоб ты немедля явился к лорду Андре. Дорогу показать или сам найдёшь?
— Не забыл ещё, — поморщился герой. — Что там стряслось-то? Меня снова обвиняют в краже со взломом? Так ведь свидетелей не было, а без них...
— Да нет, — отмахнулся представитель правопорядка, — люди там пропали какие-то. Сам сходи, узнай, а то я толком не разобрал.
— Что, опять люди исчезают?
— Иди-иди, Андре тебе сам всё расскажет.
Безымянный вздохнул и направился к выходу. Стражники, приняв на грудь по кружке пива за счёт заведения, вышли следом.

***
Едва переступив вслед за вторым стражником порог таверны, Пабло вдруг остановился, привлечённый звуком хлёстких ударов и шумом падения грузного тела.
Служитель порядка сделал несколько шагов в обратном направлении и со своеобычным весёлым прищуром оглядел валяющегося на полу Валентино и стоящего над ним Региса с судорожно сжатыми кулаками.
— Та-ак, что тут у нас? — строго протянул Пабло. — А, драка! Ты знаешь, что бывает с теми, кто избивает почтенных горожан?
— Это не считается! — отчаянно выкрикнул Регис. — Ты уже переступил порог, когда я ему врезал, и был снаружи, за дверным порталом.
— А свидетели? — резонно возразил стражник.
— Я ничего не видел, — покачал головой Корагон. — Мне как раз потребовалось взять кое-что из сундука, поэтому я отвернулся и...
— За дурака меня держишь? — прищурился Пабло. — Всем известно, что боты не могут ничего забирать из сундуков. Нет в движке такой функции.
— Ладно, признаюсь, — вздохнул Корагон. — Я просто приподнял крышку и тупо таращился внутрь сундука.
— Вот то-то же! И больше никогда не пытайся меня надуть! — в голосе служителя закона прорезалось торжествующая нотка.
— Но я всё равно не мог ничего видеть, так как находился к залу спиной, — вернул его с небес на землю содержатель таверны.
— А ты что скажешь? — обратился Пабло к всё так же сидевшему на воздухе рядом с табуреткой Бартоку.
— Брлгм... ик! — задумчиво ответил тот, подняв на стражника осоловелый взгляд.
— Так, с тобой тоже всё ясно, — определил представитель власти и снова обернулся к Регису. — Повезло тебе, парень. Никто ничего не видел. Ни единой улики.
Регис облегчённо вздохнул. Валентино тем временем стал подавать признаки жизни. Он со стоном пошевелился, с трудом встал на ноги, проныл что-то вроде: «Ох, моя голова!», а потом, пошатываясь и оставляя за собой дорожку кровавых следов, поплёлся к задней двери таверны.
— Эй, ты! — окликнул его Пабло.
— Да, ты победил! — зло огрызнулся Валентино, слегка пришепелявливая из-за выбитого зуба. — Чего ты хочешь?
— Ничего-ничего! Иди с миром, — замахал на него руками Пабло и проворчал себе под нос: — Чего доброго, меня к этому делу приплетёт, огребу взыскание вместо премии.
— Может, ещё пивка? — предложил Корагон, взиравший на эту сцену с весёлым любопытством.
— А, давай. К одному концу... — вздохнул стражник. — Оно, знаешь, когда в брюхе похрустывают осколки пары-тройки пивных кружек, то и разнос от начальства принимать не так обидно.
Регис, о котором все уже забыли, припрятал в карман обронённое Валентино колечко (сколько же их у него?), сгрёб рукавом со стола объедки, разложил свой видавший виды блокнот и принялся набрасывать план статейки о непрофессионализме и коррумпированности городской стражи Хориниса.

***
— Что там у вас опять стряслось? — прямо с порога спросил Безымянный.
Лорд Андре оторвал взгляд от книги «Закон и порядок на острове», которую он читал на одной и той же странице третью игровую главу подряд. Стражник, стоявший справа от входа на посту возле сундука с казной, с молчаливым любопытством воззрился на вошедшего. Не первый день зная Безымянного, он не сомневался, что скучное дежурство на этот раз будет скрашено незапланированной потехой.
— Во-первых, здрассте, — сурово отозвался Андре.
— Привет! А что во-вторых?
— Во-вторых, прошлой ночью кто-то обнёс дом почтенного жителя Верхнего квартала господина Лютеро. Похищены ценные вещи и золото на кругленькую сумму. Стражник видел, как ты крутился возле дверей.
— А если видел и был уверен, что я вор, то почему не схватил? — с невинным видом полюбопытствовал наш герой.
— Если бы ты крался, как в прошлый раз, то он непременно задержал бы тебя. Но ты не крался. До сих пор не могу понять, как тебе удалось проникнуть в дом, вскрыть сундуки и при этом не разбудить хозяев, хотя ты и не пытался красться.
— Я прыгал.
— П-пры... Что, прости, ты делал? — ошарашено затряс головой Андре.
— Прыгал.
— Как... прыгал?
— Очень просто. Вот так: прыг-скок. Главное, не переступать ногами.
— Это что, новый воровской приём? Нужно взять на заметку и предупредить весь личный состав...
— Нет, это не приём. Это баг такой, — пожал плечами Безымянный.
— А, баг... Против бага не попрёшь, — разочарованно вздохнул Андре. — Но я, собственно, не за этим тебя позвал.
— Пабло говорил что-то о пропавших людях. Неужто пираты опять взялись за своё? Я же ещё в прошлой главе вывел их на чистую воду, разобрался с их заказчиком и освободил похищенных горожан.
— Нет, друг мой. В похищении на этот раз подозреваешься ты сам, — не отрывая пытливого взгляда от лица Безымянного, огорошил его лорд Андре.
— Вот как? — почесал в затылке наш герой. — И кого же я, по-вашему, похитил?
— К страже обратился крестьянин Секоб. Говорит, пытался жаловаться наёмникам Онара, но те от него отмахнулись. И тогда он вспомнил-таки о законной власти, — в голосе Андре прорезался сарказм, — и сообщил о происшествии страже. Он уверяет, что ты похитил его жену Рози и сына Тилля. Батраки Секоба подтверждают, что вышеозначенные лица покинули двор Секоба вместе с тобой, направившись в сторону города. Эти сведения подкрепляются показаниями бродячего торговца Эрола, видевшего вас троих на дороге возле озера. Но, как мы выяснили, в Хоринисе твои спутники так и не появились. Может быть, пояснишь, куда они могли деваться?
— Да я и сам не знаю, — пожал плечами Безымянный. — Когда добрались до «Мёртвой гарпии» они ещё пыхтели сзади, а когда я вспомнил о них за усадьбой Акила и оглянулся, секобовой семейки позади уже не было. Я подумал, что Тилль заскучал по папочке и Рози повела сынка восвояси. Плюнул и пошёл в Хоринис.
— Может быть, всё именно так и было. Но домой эти люди больше не вернулись. И ты последний, кто видел их живыми и здоровыми. Выходит, ты первый в списке подозреваемых. На тебе же этот список и заканчивается, кстати, — добив Безымянного этим доводом, Андре поднял кулак в обвиняющем жесте.
— И что теперь? Слушай, давай я сразу заплачу штраф в двести золотых и ты от меня отстанешь. Идёт? А то мне ещё за Глазом Инноса в монастырь тащиться, потом обратно в Долину Рудников — драконов бить...
— Не выйдет, друг мой, — покачал головой Андре. — Твои выходки давно переполнили чашу терпения добрых жителей Хориниса и лично мою. Так что пятнадцать тысяч золотых и не монетой меньше.
— Сколько?! Андре, ты спятил! У меня только половина этой суммы, а мне ещё снаряжение покупать, оружие, свитки...
— Ничего не знаю. Сумел совершить злодеяние, сумей и ответить за него по закону.
— Да по какому закону? Такая куча золота ни в одном скрипте не могла быть прописана! Здесь не «Возвращение» с «Ребалансом», в конце концов. Да и там не знаю, что надо натворить, чтобы на такой штраф нарваться.
— Скрипты скриптами, но закон исходит от самого Инноса. А бог Порядка и Света превыше любых скриптов. Он их повелитель, — с пафосом возвестил лорд Андре, торжествующе глядя на приунывшего Безымянного.
Тот вздохнул.
— Слушай, Андре, а по-другому никак не разойдёмся? — спросил он. — Ведь можно как-то обойтись без драконовского штрафа?
— Можно, разумеется. Сколько у нас сейчас времени?
— Сам, что ли, не знаешь? Клавишу «N» нажми и глянь, — пробурчал раздосадованный герой.
— Забыл, что ли? Нет у меня никаких клавишей. Это ты у нас... на особом положении.
— Ну, в скрипт глянь.
— Ах да, в самом деле... Так, без двадцати девять вечера. Даю тебе время до полудня. Если к тому времени представишь мне Рози и Тилля живыми и здоровыми, то все обвинения с тебя будут сняты.
— Да где же я их возьму? — возмутился Безымянный. — Может, их варги загрызли. Или они в темноте на нежить нарвались.
— А это уже не моя забота, где ты их возьмёшь. Или найдёшь, или заплатишь штраф. В противном случае мы объявим тебя вне закона, и тогда Иннос тебе судья.
Безымянный задумался. Потом вздохнул.
— Есть у меня мыслишка, где они могут быть. Хотя, конечно, их там может и не оказаться, — при этих словах герой поёжился, как от озноба. — Ненавижу это место!

***

Безымянный покинул город не позже, чем через полчаса после разговора с Андре, прихватив с собой оружие и немного самых необходимых припасов. Он вышел через Восточные ворота и свернул направо. Двигаясь по дороге вдоль стены, старался держаться подальше от опоясывающего город рва.
Наш герой не доверял рвам после одного неприятного случая, приключившегося с ним ещё в те времена, когда он был каторжником в Долине Рудников. В тот день ему зачем-то вздумалось обогнуть половину Старого лагеря снаружи, вдоль стены. Ров, за которым давно никто не следил, сильно оплыл и зарос травой, так что бежать по нему оказалось достаточно удобно. Но когда он преодолел половину расстояния от одних ворот до других, с которых начиналась дорога к Болотному лагерю, неведомая сила неожиданно подбросила его вверх и мгновенно зашвырнула на страшную высоту. Ему показалось, что ещё немного, и он достанет макушкой вершины магического купола и рухнет в низ обгорелым, искорёженным смертельной магией трупом. Но подъём прекратился, на одно страшное мгновение Безымянный завис на одном месте, а потом стал всё быстрее и быстрее падать вниз. Он бы непременно упал и разбился вдребезги на радость падальщикам, которые рылись в земле неподалёку от рва, если бы не вспомнил об одном верном способе спасения. Нелепо перебирая в воздухе ногами, он сделал движение, будто шагнул влево, и на землю приземлился достаточно плавно, чтобы остаться в живых и не переломать себе конечности. Почему-то за Барьером при падении с большой высоты это помогало. Баг, наверное...
Путь в темноте едва ли не через всю долину Хориниса отнял немало времени. По дороге то и дело попадались возродившиеся с началом главы стаи падальщиков, кротокрысов, полевых хищников, волков и варгов. Пару раз даже мракорисы встретились, и хотя Безымянный был куда сильнее и лучше вооружён, чем в те времена, когда бродил в этих местах впервые. А возле моста через ущелье, на дне которого тихо журчала речка, уходя под землю в невидимую глазу трещину, к нему пристал какой-то тип. Предложил на выбор жизнь или кошелёк, получил в ответ двуручным мечом между глаз и в итоге лишился и того, и другого.
Вот, наконец, и заветная пещера, скудно освещённая чадящими факелами. Здесь с прошлого раза новых чудовищ не появилось. Не считать же таковыми стайку чёрных гоблинов, с которыми Безымянный расправился, почти не замедлив шага.
— Так, куда теперь? — спросил он у самого себя. Свернул в тёмный боковой проход и через несколько шагов почувствовал под ногой что-то мягкое. Достал и зажёг факел, наклонился. На каменном полу, раскинув руки, лежало бездыханное тело мага Нефариуса, которому сейчас полагалось находиться по другую сторону портала, ведущего за горную гряду на северо-востоке, к руинам давно покинутого города древних зодчих.
— Ты как здесь очутился, отче? — озадаченно почесал в затылке Безымянный.
Он наклонился над телом и обшарил просторные карманы синей мантии, в которых, как он знал из своего опыта недолгого пребывания в рядах магов Воды ещё за Барьером, могло много чего поместиться. Однако в карманах Нефариуса нашёлся один лишь листок пергамента. Безымянный взял его в руки, поднёс к глазам и... увидел, как листок словно растворился в воздухе. Вот только что пальцы ощущали его шероховатую поверхность, а теперь в них ничего нет.
Наш герой озадаченно взглянул на то место, где должен был лежать труп мага, но там его не оказалось. И не единой капли крови на неровном камне пола.
— Тьфу! — в сердцах сплюнул Безымянный. — Проклятое место!
Он дошёл до конца тоннеля, остановившись у дальней стены. Глубоко вздохнул, унимая дрожь в руках, набрал в лёгкие побольше воздуха, крепче сжал в разом вспотевшей ладони факел и выдал страшное читерское заклинание. Одно из тех, от которых порой бросает в дрожь даже матёрых некромантов:
— Бимарвинбиэфвосемька!
Вполне привычная и по-своему даже уютная пещера сменилась непроглядным мраком, в котором не было ничего. Под ногами и над головой тоже были темень и пустота. Пламя факела было не в силах развеять бездонную черноту, резко выхватывая из неё лишь нервно ссутулившуюся фигуру героя.
Непроизвольно подняв факел повыше, Безымянный медленно двинулся вперёд. Каждый следующий шаг он делал, только осторожно ощупав носком сапога невидимую поверхность, будто шёл по тонкому льду, что грозил треснуть в любой миг и увлечь его в ледяную бездну. Собственно, так оно и было. Даже хуже. Невидимая и почти неощутимая поверхность могла в любой миг смениться столь же невидимым провалом, и тогда его ждал бы долгий полёт в темноту. К смерти.
Фигура человека, стоявшего среди непроглядной тьмы и безмолвия со сложенными на груди руками, возникла на пути совершенно неожиданно. Свет факела выхватил из мрака треуголку, бледное крючконосое лицо, перечёркнутое повязкой на отсутствующем глазу и украшенное каштановой бородкой.
— Грег! Ты как здесь оказался?! Разве ты умер? Мы ведь совсем недавно разговаривали в твоей хижине на пляже... — выдохнул изумлённый герой.
— Слушай сюда, малыш, — ответил грозный предводитель морских разбойников. — То, что ты однажды помог мне, ещё не даёт тебе права приставать с дурацкими вопросами к занятому человеку.
— П-понял, — запинаясь, ответил вконец ошарашенный герой. — Уже ухожу.
Вскоре начали попадаться трупы. Много трупов. Здесь были волки и овцы, мясные жуки и мракорисы, глорхи и шныги, скелеты и зомби, демоны и тролли, варги и гоблины, орки и полевые хищники, крысы, ящеры... и люди. Людей оказалось немало. То и дело попадались трупы разбойников, перебитых Безымянным в разных местах долины ещё в первой главе. Несколько наёмников, с которыми у него как-то возникли разногласия. Тела ищущих в чёрных плащах с глухими капюшонами и закрывающих лица багровых масках. Работник из Верхнего квартала, которого пришлось пристукнуть как нежелательного свидетеля... Однажды наш герой споткнулся о труп Декстера. Потом нашёл одного из батраков крестьянина Бенгара. Несчастного парня прямо на глазах у Безымянного загрызли шныги. Это случилась на берегу ручья, протекающего рядом с домом Бенгара и водопадом низвергающегося в озеро, возле которого стоит хижина торговца Эрола.
Впрочем, живые тоже встречались. Маги Воды, включая Нефариуса, труп которого Безымянный видел не далее как два часа назад (всего два часа? О, Иннос, кажется, будто прошла вечность!), встретили его как ни в чём не бывало. Их, видимо, ничуть не тревожило пребывание в этом кошмарном месте. Впрочем, они ли это были? Ведь настоящих магов он не так давно оставил возле руин Яркендарского храма...
На Рози и Тилля он наткнулся, когда уже отчаялся отыскать пропавшую семейку Секоба и почти смирился с наложенным Андре огромным штрафом.
— Ох, это ты! — кокетливо воскликнула Рози и залилась смущённым румянцем. Впрочем, не забыв при этом повернуться к Безымянному так, чтобы её весьма аппетитное декольте выглядело наиболее выигрышно в пламени факела, которое рельефно прорисовывало каждую тень.
— Белиар вас побери! — облегчённо выдохнул герой. — Как вы здесь очутились?
— Мы отстали, потому что ты слишком быстро бежал и не оглядывался, — ответил вместо матери Тилль. — А потом мы совсем потеряли тебя из виду и оказались здесь. Сами не знаем, как это вышло. Мы тут долго были. Здесь страшно. Но я почти не боялся. Ты расскажешь лорду Андре? Думаю, теперь он точно примет меня в стражники.
— Непременно расскажу, — серьёзно ответил Безымянный. — Но прежде нам ещё нужно живыми и здоровыми дойти до Хориниса. Так что давайте выбираться отсюда.
— Как скажешь, милый, — покладисто отозвалась Рози с многообещающей улыбкой и поправила причёску.

***
Путь назад, который им пришлось проделать по чёрной утробе Отстойника, снился Безымянному в кошмарах вплоть до шестой главы. Затем жуткие сны сменились не менее кошмарной реальностью и перестали его тревожить.
Но это было много позднее. А на рассвете того дня трое усталых людей, перепачканных смесью росы, дорожной пыли, звериной крови и разлагающейся плоти нежити вошли в Восточные ворота Хориниса. Стоявшие на посту стражники почтительно посторонились, пропуская их внутрь, и не задали ни одного вопроса. Им хватило единственного взгляда Безымянного.
Миновав рынок, свернули налево. Здесь Рози устало опустилась на скамейку. Тилль со стоном привалился к увитой плющом кирпичной стене.
— Вот мы и на месте, — не веря себе, проговорил Безымянный. — Отдохнёте немного и обязательно зайдите в казарму к лорду Андре. Он должен снять с меня обвинение.
— Конечно, милый, — ответила Рози. — Мы так тебе благодарны за то, что ты не бросил нас там и помог добраться до города. Мы небогаты, но немного монет мне удалось скопить. Вот, это тебе.
Безымянный отстранил руку женщины, сжимавшую не слишком тугой кошель.
— Оставь себе. В городе без золота делать нечего. В конце концов, вы сберегли мне целых пятнадцать тысяч уже тем, что остались живы.
— Ты очень добр к нам, — улыбнулась Рози и кокетливо размазала по щеке пятно зелёной вараньей крови. — Помни, если что-нибудь будет нужно, я всегда к твоим услугам.
— Буду иметь в виду. А сейчас мне пора. Нужно зайти в лавку Саландрила и купить чего-нибудь успокоительного. Иначе зарублю кого-нибудь ненароком или ещё что выкину, — проворчал Безымянный, сопроводив эти слова нервным смешком.
— Береги себя! — сказала ему Рози на прощанье.
Он в ответ лишь кивнул и направился к воротам в Верхний квартал. Проходя мимо часовни, приостановился и прислушался к словам Ватраса, уже начавшего свою ежедневную проповедь.
— ...И Иннос, рассудив мудро, сделал это. Белиар был посрамлён и надолго скрылся в бездне Хаоса, — вещал старый маг Воды. — И тогда увидел Аданос, что мало осталось в его мире случайностей и свободы выбора. Все — волки и овцы, люди и растения, — жили и выполняли свои анимации в строгом порядке, подчиняясь скриптам. Каждый день был похож на предыдущий, как две капли воды. Ничего нового не случалось в мире. И великая печаль охватила Аданоса. Пришёл он к брату своему Белиару и сказал ему: «Ты видишь, какой строгий порядок установил Иннос. Все подчиняются скриптам, и нет в них ошибок. Сделай же так, чтобы ошибки иногда появлялись». И Белиар, рассудив мудро, сделал это. И так появились баги. Иннос же, видя, что мир перестал быть совершенным, стал вводить ещё более строгие порядки. Но и в скрипты, что прописывали новые правила, закрадывались ошибки. И сказал Иннос: «Видно, и боги не властны над багами». Мир же стал жить прежней жизнью, каждый новый день в нём преподносил неожиданности и не был похож на вчерашний. И понял Аданос, что это хорошо. И возрадовался.
Горожане, решившие послушать проповедь, уже образовали на площади перед часовней небольшую толпу. Позади них на скамейке примостился Регис и, высунув язык от усердия, что-то кропал в своём блокноте...

--------------------------------
* Ошибки в названии рассказа нет.
__________________
Мои рассказы.
Дикарь вне форума   Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Druid (07.03.2014), Hell9999 (07.03.2014), master gothici (07.03.2014), Tolgetmen (07.03.2014)
Старый 07.03.2014, 13:39   #27
Величайший готоман Вселенной
Магистр форума
 
Аватар для master gothici
 
Регистрация: 12.12.2006
Адрес: Хоринис
Сообщений: 3,156
Сказал(а) спасибо: 514
Поблагодарили 625 раз(а) в 352 сообщениях
Отправить сообщение для master gothici с помощью ICQ
По умолчанию Re: Новые рассказы Дикаря

Дикарь
Если меня призовут на войну и я там погибну, то я завещаю тебе дописать все мои рассказы
master gothici вне форума   Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Tolgetmen (07.03.2014)
Старый 07.03.2014, 19:16   #28
Готоман
Ученик
 
Аватар для Horus
 
Регистрация: 04.01.2012
Адрес: Тамбов
Сообщений: 219
Сказал(а) спасибо: 77
Поблагодарили 103 раз(а) в 54 сообщениях
По умолчанию Re: Новые рассказы Дикаря

Мастер, неужели вас тянет на баррикады?)
__________________
Horus вне форума   Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Tolgetmen (07.03.2014)
Старый 14.03.2014, 14:12   #29
Доисторический летописец
Магистр форума
 
Аватар для Дикарь
 
Регистрация: 22.06.2007
Сообщений: 2,273
Сказал(а) спасибо: 404
Поблагодарили 820 раз(а) в 300 сообщениях
По умолчанию Re: Новые рассказы Дикаря

Цитата:
Сообщение от master gothici Посмотреть сообщение
Дикарь
Если меня призовут на войну и я там погибну, то я завещаю тебе дописать все мои рассказы
С кем воевать-то собрался?
__________________
Мои рассказы.
Дикарь вне форума   Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Tolgetmen (14.03.2014)
Старый 24.03.2014, 09:17   #30
Доисторический летописец
Магистр форума
 
Аватар для Дикарь
 
Регистрация: 22.06.2007
Сообщений: 2,273
Сказал(а) спасибо: 404
Поблагодарили 820 раз(а) в 300 сообщениях
По умолчанию Re: Новые рассказы Дикаря

Продолжение (3-я часть) "Новых приключений Безымянного".
__________________
Мои рассказы.

Последний раз редактировалось Дикарь; 06.04.2014 в 21:05.
Дикарь вне форума   Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Druid (25.03.2014), Hell9999 (24.03.2014), Tarokl (24.03.2014), Tolgetmen (24.03.2014)
Ответ

Метки
готика, дикарь, рассказы


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Рассказы DRom Творческий уголок 88 09.11.2017 20:54
Новые персонажи в Глобал моде DRom Мод "Global mod" 7 14.03.2011 20:01


Текущее время: 17:47. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2019, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot
Magic Team© 2006-2013, The development and modification